Марина Кулешова

Я уже как настоящий писатель ✍️😜😜😜, пишу в ночи ... Кто ждал новую часть ? Глава 1. Часть III. Любовь не делится, любовь умножается. Сейчас я знаю это наверняка: любовь не делится. Она просто... увеличивается в объёме. Но тогда, когда только родилась Таисия, больше всего на свете я боялась одного — что мне не хватит любви на двоих детей. Что сердце окажется слишком маленьким для двух сокровищ сразу. Всё началось с того, что после рождения Таси я почувствовала разницу между своими чувствами к ней и тем, что испытывала раньше к Даше. С Дарией всё было иначе: я была одна, страшно одинока и переполнена страхом. Эта тревога не давала расслабиться, быть «здесь и сейчас», получать удовольствие от материнства. Я постоянно жила в режиме выживания, а не созидания. С Таисией же произошло нечто невероятное. Сразу после её появления меня накрыла волна счастья такой силы, что казалось, будто она буквально смывает меня с ног эмоциями. Это был чистый восторг, которого я никогда прежде не знала. Конечно, я тут же начала анализировать эту разницу — и именно из этого сравнения родилось колоссальное чувство вины. Помню тот день, когда Тасе едва исполнилось несколько месяцев. У Даши как раз состоялось первое выступление в труппе народного театра «Окно». Ей доверили прочитать стихотворение о матери на празднике ко Дню матери. Для неё это было невероятно важно! Но я осталась дома с новорождённой дочерью. В зале были все близкие: бабушка с дедушкой, сестра со своей семьёй, муж… Не хватало только меня. Только я сама этого не видела. И таких ситуаций было очень много. Каждый раз, когда я пропускала важное событие или не могла уделить старшей дочери столько внимания, сколько требовала моя совесть, во мне вспыхивала вина. А вслед за ней приходила злость — сначала тихая, потом громкая. Злость на себя, на обстоятельства, на мужа, но чаще всего — на старшего ребёнка. Ведь куда проще переложить ответственность за свою вину на кого-то другого, чем признаться себе в собственной беспомощности перед этим чувством. Так продолжалось довольно долго. До тех пор, пока я не поняла одну простую вещь: Любви стало больше. Раньше любила только я. Теперь появился новый человечек, который тоже умеет любить. Он любит всех нас, каждого по-своему, и вместе мы стали огромной командой, где любви хватает всем. Когда в дом приходит ребёнок, он приносит с собой не дефицит чувств, а новую энергию, которая начинает работать внутри семьи как катализатор. Именно здесь кроется главный подвох чувства вины. Оно заставляет нас гиперболизировать внимание к старшему ребёнку. Мы начинаем делать то, чего «надо», чтобы компенсировать якобы нанесённый ущерб. Но есть огромная разница между двумя состояниями: Делать что-то потому, что ты искренне хочешь и находишься «в моменте»: наблюдать, общаться, радоваться вместе. Делать что-то потому, что «так надо», чтобы заглушить внутреннего судью. Когда вы действуете из второго состояния, вы теряете ресурс и быстро выгораете. Усталость накапливается, раздражение растёт, и оно неизбежно выплёскивается наружу — либо через агрессию, либо через аутоагрессию. Ребёнок чувствует фальшь мгновенно. Сколько бы времени и усилий ни вкладывали, если там нет искреннего удовольствия от процесса, дети считывают усталость и раздражение вместо тепла. В нашей семье эта история сыграла роковую роль. Из-за моей постоянной тревоги и попыток «исправиться» у Даши развилась ревность к младшей сестре. Долгое время виноватой в этом ощущении недолюбленности она считала именно Таисию. Даже спустя годы, когда ситуация выровнялась, этот отпечаток остался. Маленьким детям крайне сложно выйти из такого круга самостоятельно. Продолжение в комментариях 👇

Искусство, где каждая прожилка имеет значение В мире керамики имя Бордау Пинэйру — это синоним высочайшего мастерства и преданности делу. Этот португальский художник-гончар не просто создавал посуду или декоративные предметы: он превращал каждую работу в произведение искусства. Его знаменитая коллекция «Капуста» стала символом скрупулёзности и любви к деталям. Когда смотришь на изделия Бордау Пинэйру, поражаешься: каждый листик капусты прорисован до мельчайших жилок, каждое перышко у птички, каждая чешуйка рыбы выглядят так, будто они живые. Это результат не только технического умения, но и глубокого интереса художника к природе, к материалу, к самому процессу творчества. Сегодня многие пытаются копировать его стиль, но чаще всего это лишь внешнее подражание. На фабричных изделиях мы видим лишь общие очертания, а душа работы теряется. Когда нет фактуры, когда отсутствует внимание к мелочам, вещь становится безликой, конвейерной. Настоящее искусство рождается там, где мастер вкладывает душу, где каждая деталь проработана с любовью. Этот принцип справедлив не только для гончарного дела. В любой профессии, особенно помогающей — будь то психология, нумерология, таро или коучинг, — успех приходит тогда, когда специалист по-настоящему увлечён своим делом. Да, мастер берет плату за свою работу, но главное — интерес к человеку, желание изучить каждую «прожилку» его личности, помочь раскрыться, измениться. Мастер, который работает ради процесса, а не только ради дохода, всегда будет выделяться среди тех, кто «хватает по верхушкам». Именно такие люди создают настоящие шедевры — будь то тарелка или судьба человека. И если вы помогающий практик, помните: ваше мастерство растёт вместе с вашим интересом к людям и глубиной погружения в профессию. Пусть ваша работа станет такой же тонкой и искренней, как искусство мастера Бордау Пинэйру! Оригинальные фото в комментариях. Выбирайте самые понравившиеся

Вчера я рассказала вам про то, как меня выключило из розетки. Сегодня хочу поговорить о работе. Потому что мой бизнес посыпался ровно в ту же секунду, когда рухнули надежды на скорый переезд. Казалось бы, при чем тут работа? Клиенты платят деньги, задачи стоят в календаре. Бери и делай. Но внутри начался бунт. Раньше я могла вести сложный созвон, параллельно гугля рецепт ужина и отвечая учителям детей в чате. Мой мозг работал как старый добрый Windows 98: открыто 100 вкладок, вентилятор воет, но система каким-то чудом тянет. Это называлось «быть эффективной многозадачной мамой». Сейчас, попытка открыть больше одной вкладки вызывает физическую тошноту. Я смотрю на входящее сообщение от клиентки (замечательной девочки) и чувствую глухое раздражение. Старая программа кричит: «Марина, соберись! Это твой хлеб!». А новая, слабая еще левая рука пишет ей: «Давай перенесем». Раньше у меня были жесткие списки. Выполнила пункт — поставила галочку — получила дофамин — выжила до вечера. Галочка была важнее сути. Сейчас я смотрю на свои старые рабочие процессы и понимаю: они мертвы. Они работали только потому, что я заливала их топливом собственного кортизола и страха «а вдруг денег не хватит». А подготовка детей к школе? Обычно — это мой личный филиал ада. Купи то, закажи это, примерь форму, повтори стих для линейки так, чтобы завуч прослезилась. В этом году я поймала себя на том, что впервые за много лет получаю от этого тихую радость. Нет паники контроля. Хотя не всё получается. Что произошло? Слетели настройки по умолчанию. Представьте, что ваша личность — это большая коммунальная квартира. Там живут разные персонажи. «Гиперконтролер» (он орет дурниной, если что ни так.) «Хорошая девочка» (она берет клиента в десять вечера, потому что неудобно отказать). «Спасатель мира» (у него вообще нет выходных). И где-то глубоко спит «Настоящая Я». Когда случается шок масштаба «очередь на дом отодвинута на неопределённый срок», в этой коммуналке срабатывает пожарная тревога. Старые жильцы начинают метаться и орать. Система виснет. Именно поэтому тело отключает нас — оно спасает здание от сгорания. Моя переоценка ценностей оказалась банальной до слез: старая прошивка безопасности гласила — «Безопасность = внешние стены (дом), статус и закрытые планы». Эта прошивка устарела. Она выдает ошибку при любом столкновении с реальностью. Новая реальность требует новой операционной системы. Безопасность теперь живет внутри позвоночника. В моей способности генерировать ресурс там, где трясет. Я заново учусь правилам нового мира. Не казаться хорошей. Быть живой. Не закрывать задачу ради галочки. Чувствовать — есть ли у меня на нее энергия прямо сейчас. Если нет — не брать. Даже если очень нужны деньги. Потому что задача, сделанная на надрыве, убивает. Это невероятно страшно — отказываться от старых костылей. Когда ты привык пахать на разрыв аорты, состояние «я сегодня ничего не буду форсировать, я просто полежу в сторону своей цели» кажется преступлением. Но именно в этой паузе рождается новый контракт с собой. Девочки, а где ваш внутренний «процессор» перегрелся настолько, что начал дымиться? Где вы продолжаете ставить галочки в списке, хотя душа уже давно уволилась с этой работы? Может, вы тоже тащите работу из состояния «надо», пока дети растут сами по себе, а муж видит только вашу спину у ноутбука? Или держитесь за отношения, которые давно стали токсичным фоном? Или... Напишите в комментариях, обниму каждую. Завтра расскажу, во что перерос этот хаос мыслей и почему я открываю всего несколько мест в годовое сопровождение, работая буквально кончиками пальцев. Спойлер: это будет стоить теперь без скидок. Потому что собирать человека с нуля — это не гайд в телеграме написать. Это архитектура души. Мне давно пора было это понять.